Компромат из достоверных источников

Уважаемые заказчики DDoS-атак! Рекомендуем Вам не тратить деньги и время впустую, так что если Вас что-то не устраивает на нашем сайте - значительно проще связаться с нами - [email protected]

Заказчики взлома сайта, мы можем бадаться с Вами вечно, но как Вы уже поняли, у нас нормально работают бекапы, а также мы и далее легко будем отлавливать и блокировать ваши запросы, поэтому также рекомендуем не тратить деньги и время впустую, а обратиться к нам на вышеуказанную почту.


Игорь Алтушкин отравит Челябинск Томинским ГОКом

Игорь Алтушкин отравит Челябинск Томинским ГОКом

11 июля. Прямая трансляция на форуме «Инно­пром–2017» в Екатеринбурге. Торжественная музыка, рев экскаватора — под аплодисменты людей в деловых костюмах машина вгрызается в зеленое поле. Камера показывает рабочих в форменных спецовках, которые выстроились на поле. С этого поля официально начался Томинский горно-обогатительный комбинат, который — в 12 километрах от Челябинска — строит «Русская медная компания». На церемонии открытия присутствовал глава Минпромторга Денис Мантуров и первое лицо «РМК» — председатель совета директоров, основатель и основной владелец компании Игорь Алтушкин. Но неофициально Томинский ГОК начался раньше. Он начался с ежедневных пикетов челябинцев против строительства у администрации губернатора. Он начался со сбора 160 тысяч подписей, переданных в администрацию президента. Он начался с иска к властям, который подали четыре тысячи челябинцев. Он начался с решительно сказанного «Нет!». Но это слово челябинские власти не желают слышать. В июне, ровно за месяц до открытия стройплощадки, противостояние дошло до крайней точки — столкновения движения «Стоп ГОК» с охраной «Русской медной компании». Случилось это на той площадке, которую открывал министр. Сейчас же конфликт принимает зловещий оборот: над лидерами движения противников строительства нависла угроза уголовного преследования.Бой на медном поле В июне 2017 года в Томино, где сейчас «РМК» активно строит комбинат, впервые появилась строительная техника в сопровождении охраны. Строители поставили вагончик и сложили металлические столбы, рассказывает противник строительства Дмитрий Алексанов. Он — главный пострадавший от нападения охранников «РМК». Бежевая брезентовая куртка, черная водолазка, кепка набекрень и портфель — мой собеседник похож на реконструктора, изображающего героя революционных событий начала XX века. Но я ошибаюсь: Дмитрий — турист и «выживальщик», встретить на лесной тропе его можно чаще, чем в центре Челябинска. В ряды противников строительства Томинского ГОКа он пришел после того, как услышал, что под строительство комбината будут рубить гектары леса, а город накроют облака медной пыли. 10 июня рабочие сообщили, что строят демонстрационную площадку по подряду «РМК». Накануне же «Стоп ГОК» получил ответ из прокуратуры: разрешения на проведение строительных работ у компании нет. Активисты вызвали полицию и разъехались, а 12 июня подъездные пути в лес оказались перекопаны — проезд перекрыла двухметровая траншея, а поворот к стройплощадке — две машины без номеров. Дмитрий взял из дома котелок, саперную лопату и походный рюкзак и с парой местных жителей на внедорожнике прорвался на стройплощадку. «Рабочих мы застали врасплох, — рассказывает Алексанов. — Столбы уже были нарезаны и уложены штабелями. Участники «Стоп ГОК» попытались поставить на поле палатку, но ее снесли разъяренные охранники. «От группы чоповцев вышли трое и потащили палатку, стали рвать ее и понесли в сторону леса, — рассказывает Алексанов. — Я закричал, меня пытались оттянуть от палатки, где находились мои ключи и деньги, но я успел выдернуть рюкзак. На меня кучей кинулись чоповцы и начали наносить удары руками и ногами. Я закрывал голову — тычки летели в спину и грудь. Полиция вмешалась, только когда меня начали конкретно избивать». В тот же день в больнице сняли побои, у Дмитрия диагностирован ушиб левой груди — синяк сходил три недели. Алексанов написал заявление в полицию, дело на охранников не завели, а жалоба в прокуратура ни к чему не привела. Стычки активистов с охраной продолжались еще два дня — не без травм. Протест технологов — «Челяба» в переводе с тюркского это «яма», — объясняют противники строительства. — Наш город находится в яме. Когда ветры с коксохимического завода, здесь как будто находишься в углярке. Из района Томино приносит чистый воздух. Предприятие возьмет город в кольцо. Форточка города захлопнется. И мы окажемся в резервации. Технолог Надежда Вертяховская против строительства Томинского ГОКа. На встречу она приносит альтернативные заключения по его строительству. «Русская медная компания» обещает, что Томинский ГОК будет добывать до 28 млн тонн медной руды в год, а после завершения строительства налоговые поступления составят 32 млрд рублей. В проекте фигурирует два карьера глубиной 540 метров и 350 метров. Разработку будут вести открытым способом, горные породы — взрывать. Комбинат строят в 12 километрах от Челябинска, а до Шершневского водохранилища — единственного источника водоснабжения города — всего девять километров. — Территория месторождения покрыта трещиноватыми породами, токсичные вещества могут поступить к водохранилищу, — комментирует директор Южно-Уральского института водного хозяйства Раиса Казанцева. Вертяховская предупреждает о том, что пыль от взрывных работ будет оседать на площади водохранилища: «Руда будет переработана в пыль, которая в два раза мельче, чем сахарная пудра. По розе ветров предприятие расположено так, что пыль полетит к водохранилищу». К общественному движению «Стоп ГОК» Надежда подключилась после того, как ей не дали возможность выступить на публичных слушаниях в 2015 году. Там люди впервые оказались с чоповцами медной компании один на один.«Мест нет». И не будет 30 сентября 2016 года на слушания в поселке Томинский противников строительства не пустили полицейские и люди в черном без опознавательных знаков. На слушаниях 14 октября на крыльце толпились одетые в черное мужчины с нашивками ЧОП «РМК-безопасность», которые закрывали лица куртками и блокировали вход в здание. Через неделю ситуация повторилась. В апреле 2017 года крепкие мужчины в черных шапках оцепили крыльцо местной администрации, заявив, что на слушаниях «мест нет». На публичных слушаниях в Вознесенке к ЧОПу присоединились «титушки» —подростки, которые оглушительно скандировали «Мы за ГОК!». Жители сообщили, что сторонников строительства к администрации привозили на автобусах. О своем несогласии со строительством челябинцы сообщают власти в формате нон-стоп. С 2015 года у администрации губернатора каждое утро стоит человек с плакатом. Противники строительства меняются. Сама акция — бессрочна. — Если построят ГОК, единственное спасение — уезжать из Челябинска, — объясняет Ольга, которая вышла сентябрьским утром с плакатом «Дети дороже меди».Медные трубы Про Томинский ГОК уральские медиа пишут так: при прошлом губернаторе Михаиле Юревиче он был безобидным предлогом лишний раз козырнуть перед федеральными властями новым инвестором, при  нынешнем, Борисе Дубровском  — стал причиной невиданного в этих краях общественного возмущения. И дело вовсе не в том, что опальный Юревич был знатным дипломатом, нет — комбинат просто взяли и начали строить: из галочки на бумаге, из пункта в докладной записке он стремительно превращается в реальность. Для этого превращения нужны бумаги: соглашения, постановления, разрешения. И если сначала новые власти Челябинской области смотрели на проект скептически, то теперь, похоже, включились в игру. Борис Дубровский, занявший пост губернатора в сентябре 2014 года, кажется, продемонстрировал несколько стадий принятия проекта своего предшественника — от настороженности до доверия.Справка«Русская медная компания»: дочка кипрского и внучка виргинского офшора«Русская медная компания» объединяет 13 предприятий горнодобывающего и металлургической отрасли. По сообщениям компании, производственные мощности РМК позволяют выпускать более 200 тыс. тонн медных катодов в год. На предприятиях работают более 8500 сотрудников, «РМК» заявляет о том, что сумма инвестиций в России составила 80 млрд рублей. За последние четырнадцать лет «РМК» выстроила в Челябинской области замкнутый цикл медного производства. Сначала к активам добавился «Кыштымский медеэлектролитный завод» и «Карабашмедь», а затем Михеевское месторождение медно-порфировых руд. В 2017 году «РМК» заявляет о начале разработки Томинского месторождения. Логика ясна: производственный цикл замкнулся. По данным СПАРК, совладельцами медной компании выступают два кипрских офшора Pyracanta Holdings Limited и Tilia Holdings Limited. Последняя компания — «дочка» Russian Copper Company Limited, зарегистрированной на Британских Виргинских островах. Совладельцы АО «Томинский ГОК» — два кипрских офшора Ground-hill Enterprises Limited (74,51%) и Metalstar Holdings Limited (25,49%). Из данных кипрского реестра следует, что прибыль компании Groundhill Enterprises Limited за 2014 год составила 6,14 млн долларов США. «Новой газете» удалось обнаружить на балансе кипрского офшора Томинский горно-обогатительный комбинат (CJSC Tomensky Mining and Processing Enterprise). Из документов следует, что компании принадлежит доля в 74,5%, оцененная в 22,91 млн долларов США. «Русская медная компания» получила зеленый свет именно при Михаиле Юревиче: тогда чиновники не скупились на соглашения, которые положили начало строительству комбината. К примеру, скандальное постановление о смене категории лесопарковой зоны на территории строительства будущего комбината. Этот документ, подписанный и.о. губернатора Сергеем Комяковым, станет первым шагом для того, чтобы затем пустить леса под топор. В 2013 году губернатор Юревич с помпой презентовал проект Томинского ГОКа на российско-казахстанском форуме, где присутствовали оба президента. В октябре 2013 года приходит финансовое подкрепление: Уральский банк Сбербанка России одобряет заявку «Русской медной компании» на кредитную линию 30,2 млрд рублей сроком десять лет. Но прогноз о быстром строительстве не сбылся. В январе 2014 года Михаил Юревич уходит в отставку. В марте 2017 года Следственный комитет возбуждает в отношении экс-чиновника уголовное дело на рекордную сумму 3,4 млрд рублей. По версии следствия, эту сумму Юревич в форме взятки получил с 2011 по 2014 год от местных бизнесменов за «действия, входящие в его служебные полномочия, а также за общее покровительство с его стороны». Новый губернатор Борис Дубровский осторожничает — на совещании в ноябре 2014 года замечает: «Мы заинтересованы в инвесторах, но если существуют серьезные риски — я не буду стоять в стороне». В сентябре 2015 года проходят митинги: первый из них собирает полторы тысячи человек, второй — пять тысяч. Через месяц правительство заказывает у ВЦИОМа опрос общественного мнения. Но согласования идут своим чередом — в ноябре 2015 года положительное решение экспертной комиссии по строительству Томинского ГОКа подписывает Росприроднадзор. На что губернатор заявляет, что без независимого экологического аудита «строительство начинать не стоит». Тем более что результаты опроса ВЦИОМ показали довольно однозначную картину: против предприятия — 73% жителей Челябинска. В июне 2016 года челябинцам презентуют итоги экологического аудита проекта, который по заказу Министерства экологии Челябинской области реализовывал Уральский государственный горный университет. За два года до этого «Русская медная компания» провела реконструкцию университетского комплекса для занятий по спортивной стрельбе, а также помещений Дома спорта. Совпадением, вероятно, можно считать и тот факт, что председатель совета директоров «РМК» Игорь Алтушкин возглавляет один из филиалов Ассоциации выпускников вуза. Еще одно совпадение — проектную документацию аудиторам передает министр экологии Челябинской области Ирина Гладкова, прошлое место работы которой — «Русская медная компания». И никакого конфликта интересов! В комментарии изданию вице-губернатор Челябинской области Олег Климов так прокомментировал коллизию: «Она (Гладкова. — Ред.) очень классный специалист. Был момент — человек же должен жить, зарабатывать. Ну это было год, может, полтора, дальше что?» Аудиторы решили, что строить Томинской ГОК можно, но проект надо изменить. Изначально складировать пустую породу планировалось в открытом пруде-накопителе. После вмешательства аудиторов от пруда было решено отказаться, а сгущенные «хвосты»-отходы отправлять по трубопроводу длиной 14 километров до Коркинского разреза. Эта гигантская воронка глубиной 510 метров, где с 1909 года добывали уголь открытым способом, носит титул самого глубокого разреза в Евразии. В  январе 2018 года «Челябинская угольная компания» должна была рекультивировать — засыпать землей — карьер, но в итоге его продали медной компании, которая планирует заполнить его отходами Томинского комбината. Даже само описание конструкции выглядит рисковано. По 14-километровому трубопроводу будет перемещаться масса из воды и отходов, минуя населенные пункты и федеральную автотрассу М-36 Челябинск—Казахстан! К тому же противники строительства настаивают: если проект изменили, проходите экспертизы заново! Но компания на этот шаг не готова. «Проектная документация по Томинскому ГОКу уже прошла обязательную государственную экологическую и градостроительную экспертизу, оснований для ее повторного прохождения нет», — сообщили в пресс-службе, добавив, что проектная документация по рекультивации Коркинского разреза — еще в процессе разработки. Так последний заслон — запрет губернатора строить без экологической экспертизы — был успешно преодолен. Тогда же медная компания получила в Госэкспертизе два разрешения на строительство: обогатительной фабрики и производственной площадки с 19 объектами инфраструктуры. А местные власти публично заявили, что поддерживают проект. В интервью «Новой газете» курирующий в Челябинской области экологические вопросы вице-губернатор Олег Климов заявил, что позицию противников строительства уже выслушали, когда власти региона заказали экоаудит. «Правительство области считает, что вот в таком виде, когда не будет хвостохранилища, а вместо него мы рекультивируем Коркинский разрез, Томинский ГОК имеет право на жизнь», — заявил Климов. Проблемы, которые возникнут при реализации проекта — вырубка лесов и переселение жителей из окрестных населенных пунктов, — чиновник назвал «сопутствующими». «Они не идут в сравнение с ключевой проблемой «Быть или не быть ГОКу? — заявил он. — Потому что — «быть». Об опасениях жителей по поводу загрязнения воды и воздуха правительству известно, однако рисков чиновники не видят. «Позиция правительства — объект нормальный. Он влияния существенного на Челябинск практически никакого не окажет», — заявил Климов. Несогласным чиновник предложил решение: «В правовом государстве, если ты с чем-то не согласен — подавай заявление в суд». Противники строительства так и делают — cуды с чиновниками и медной компанией идут в режиме нон-стоп. Челябинцы подали коллективный иск на четыре с половиной тысячи человек с требованием отменить решение о переводе лесов, попавших на территорию комбината в категорию, которая позволила начать вырубки. Постановление правительства Челя­бин­ской области о переводе 2912 га из лесопарковой зоны в категорию противоэрозионных лесов было подписано еще при Юревиче. В ноябре того же года леса поменяли статус еще раз и из противоэрозионных стали эксплуатационными. Эта категория позволяет вести разработку месторождений. Противники строительства уже год оспаривают это постановление. Но по-настоящему детективная история приключилась с проектной документацией, к которой представители «Стоп ГОК» пытаются пробиться уже не первый год. Единственное, к чему удалось получить доступ, — материалы оценки воздействия на окружающую среду. «Стоп ГОК» хочет изучить другой документ — саму проектную документацию. И провести общественную экологическую экспертизу. По этой причине «Стоп ГОК» подал иск против «РМК» — и выиграл его. Решение вынес Арбитражный суд Челябинской области. На то, чтобы предоставить проектную документацию общественному движению «За природу», комбинату дали 10 суток. Отсчет пошел с 12 января 2016 года — в этот день суд выдал приставам исполнительный лист. Судебные приставы преследовали генерального директора комбината Валерия Улановского без малого год. Выписывали штрафы — всего около 100 тысяч, пока не пришли к выводу: исполнение решения суда невозможно. В декабре 2016 года Управление федеральной службы судебных приставов по Челябинской области не стало возбуждать уголовное дело в отношении Улановского. Оказывается, руководитель ГОКа письменно пообещал (!) приставу, что отдаст общественникам проектную документацию. Активисты «Стоп ГОК» утверждают, что не видели их до сих пор. С 2014 года по январь 2017-го противники строительства направляли в адрес президента обращения пять раз. Противники строительства шесть раз пытались инициировать местный референдум, но получили от властей отказ.Жизнь под отвалами Комбинат изменит жизнь еще трех населенных пунктов: поселка Томинского, города Коркино, близ которого планируется складировать отходы предприятия, и деревни Томино, которая оказалась прямо на территории санитарной зоны комбината. Офис «Русской медной компании» в поселке Томинском находится в одном здании с местной администрацией, полицией, почтой и аптекой. Здание администрации порядком обшарпано, у двери газетного киоска в воспитательных целях вывешены задолженности по квартплате — некоторые под сто тысяч. Под счетами надпись капслоком: «Надеемся на ваше благоразумие!». Но чтобы заплатить по астрономическим для поселка счетам одного благоразумия не достаточно. «РМК» обещает жителям Томинского рабочие места на комбинате. Но пока полупустой офис РМК больше похож на отделение охранного предприятия. В кабинете — охранник с рацией в камуфляжной форме. На подоконнике ряд шлемов — по поселку охрана РМК носится на квадроциклах. Жители рассказывают, что впервые представители медной компании появились в Томинском еще пять лет назад. И поначалу не скупились на деньги. Тех средств, которые дало РМК, чтобы провести геологоразведку на полях животноводческой фермы, хватило на целую посевную. В 2012 году в поселке появилось объявление — публичные слушания. «Люди ничего не поняли, на слушания пришло всего 90 человек, — рассказывает участница Ольга. — В конце проголосовали — что согласны признать собрание состоявшимся. Так 90 человек решили судьбу многотысячной округи». Дом Веры Иосифовны стоит на окраине Томинского. Строительство уже началось — лес поблизости перегородили до федеральной трассы «Бухара–Урал» металлической сеткой. Женщина строительство не поддерживает. — Когда цементный завод работал на полную мощность, летел цемент, — вспоминает она недавнее прошлое поселка. — А теперь полетит рыжая пыль. «РМК» обещают дать поселку рабочие места и построить храм. Школу уже ремонтируют, третий год экипируют первоклассников рюкзаками на первое сентября. Но люди все-равно против. Просто теперь об этом не говорят вслух. — Раньше обсуждали на каждом углу, можно было подойти и включиться в разговор, — замечает жительница поселка Наталья. — Теперь молчат. Но то, что будет плохо, поняли все. У этого молчания есть причина. О ней собеседники «Новой» говорят неохотно — боятся. Строительство ГОКа подняло и сбило в банду местных гопников. Два десятка подростков держат в страхе всю округу, и у этой агрессии есть конкретная цель — противники строительства. «В 1990-е годы смотрящие в поселках были привычной властью, в 2000-е они почти исчезли, а тут они снова проявились», — рассказывают жители. Старшим из этой стаи едва больше двадцати. В свободное время ходят в качалку, собираются вокруг футбольной команды, которую спонсирует «РМК». Общественная деятельность — подавлять в поселке голос противников металлургического комбината. Подростки ходят на слушания, сидят в первых рядах с охраной медной компании, блокируют проход противникам строительства. Отбирают телефоны со съемкой. Тем, кто рискует высказываться против строительства, — угрожают. В том числе — поджогами. «В зал проходят как участники слушаний, ведут себя агрессивно, затыкают, — рассказывают жители. — Скандируют «Ты надоел!», «Хватит выступать!». Полиция не реагирует. Гопники в Томинском активизировались в связи со строительством комбината, считают местные жители. «Им нравится запугивать, нравится, что дали такую волю. Может, поэтому люди больше и не выступают открыто», — говорят жители. Среди медных «титушек» есть жители Коркино, рассказывают участники «Стоп ГОК». Их зовут работать в охрану медной компании за 4–5 тысяч рублей за смену. Для города на 34 тысячи человек, где три главных места работы — это крановый завод, картонная фабрика и завод по производству печенья, это немало. В книжном магазине поселка Коркино нас ждет его владелец Михаил Кириленко. Чтобы спасти коркинцев от комбината, он участвовал в последних муниципальных выборах. Но проиграл.    Коммунисты оказались единственной партией, которая выступает против строительства горно-обогатительного комбината. Подписи коркинцев, которые выступали против строительства собирали здесь, на кассе книжного магазина. Подписей было десять тысяч — почти треть жителей города высказало проекту решительное «нет». Идею завалить Коркинский разрез отходами Томинского ГОКа Михаил считает губительной. Из гигантского котлована регулярно поднимаются клубы дыма — виной тому эндогенные  пожары. Горит уголь в отвалах. Официальные данные говорят, что  в  1970-е годы здесь было зарегистрировано свыше 50 пожаров общей площадью около 5 тысяч квадратных метров. И проблема никуда не исчезает: раз в неделю из котлована тянет гарью.В санитарной зоне Дом Андрея в деревне Томино, куда «РМК» пришла в 2013 году, попал в санитарную зону комбината. На покупку с ремонтом ушло больше двух миллионов, но в доме Андрей с семьей не живет. — На людской обзор выносилось мало информации, а в деревне было все спокойно, — вспоминает Андрей. — Масштабы строительства тогда никто не представлял. В 2017 году проект перешел в активную фазу. Красная линия санитарной зоны прошла ровно посередине поселка, и дом Андрея попал под выселение: его должны выкупить. Оценку соседских домов проводили в 2013 году, и ее результаты Андрея насмешили: кому пообещали 800 тысяч рублей, кому — миллион. А спустя два года на собрании в деревне директор по общим вопросам Томинского ГОКа заявил: кто к выкупу готов — милости просим, кто не хочет — живите, как хотите. Из тридцати дворов «РМК» выкупил около пяти. А вскоре через деревню стали ездить фуры — как по магистрали, каждые пять минут, поднимая клубы пыли. Что делать с домом Андрей не знает — «за копейки продавать не хочу». Больше всего его возмущает позиция медной компании: «Они преподносят так, что мы будто добровольно хотим им продать земли и дома. Сейчас в деревне Андрей не живет — перевел дочку в школу в Челябинске. Кому хочется жить на медном поле, где идут бои?Дело хулигана Толкотня чоповцев на крыльце и избиения в лесу, похоже, остались в прошлом. Над движением нависла угроза уголовного преследования. 17 сентября «Стоп ГОКу» не дали провести митинг в центре Челябинска. Организаторы подавали одну заявку за другой — отклонили все. В итоге сто человек все же вышли на Алое Поле — без плакатов, с респираторами и воздушными шариками. Всю неделю до митинга организаторов одного за другим таскали в полицию на опросы. Поводом стало задержание активиста движения «Стоп ГОК» Гамиля Асатуллина, который до 15 ноября был отправлен под арест — по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 213 УК РФ («Хулиганство»). Мужчина был задержан в ночь на 11 сентября. Следствие подозревает, что он с напарником готовил акцию против ГОКа: перебрался через ограждение, поджег бревна на стройплощадке комбината. На заборе были обнаружены два баннера с надписью «Вы все умрете». Позже стало известно, что правоохранители ждали в засаде. Акция получилась странной. «Хулигана» быстро задержали, о чем незамедлительно сообщил сайт челябинского МВД. «Принимали» мужчину как страшного преступника — Центр по противодействию экстремизму и Росгвардия. Кстати, гопников-«титушек», избивающих местных жителей и активистов, к уголовной ответственности привлекать никто не собирается. В уголовном деле много странностей. К примеру, весь день с момента задержания информацию о том, где находится Асатуллин, не могли получить ни родственники, ни участники движения. Как выяснится позже — в отделе МВД России по Сосновскому району Челябинской области, сотрудники которого до последнего отрицали информацию. На задержанного оказывалось давление — по словам адвоката Андрея Лепехина, с Асатуллиным «работали» силовики, которые заставили мужчину отказаться от услуг защитника и дать показания на одного из лидеров ГОКа Василия Московца. За это Асатуллину обещали заменить меру пресечения на домашний арест. «Заявления отправлены в прокуратуру и Следственный комитет, — говорит Лепехин. — Гамиля угрожали посадить в камеру к туберкулезникам. В настоящее время давление продолжается, Асатуллина держат в подвале СИЗО в плохих условиях». В показаниях Асатуллин назвал Московца организатором поджога, но потом отказался от своих слов, подав жалобу прокурору на давление, и вернул себе прежнего защитника. Параллельно с этим на сцене появился второй участник драмы — Евгений Медведев, которого представители движения «Стоп ГОК» считают провокатором. Он сделал то, к чему склоняли Асатуллина, — дал показания на Московца. В СМИ просочилась информация о том, что в материалах дела есть телефонные переговоры Московца с фигурантами. Сейчас он проходит по делу в статусе свидетеля. Со ссылкой на источники Znak.com сообщает, что в скором времени Московца «допросят в качестве подозреваемого, а потом предъявят обвинение в подстрекательстве к хулиганству (статья 33 часть 2 статьи 213 УК РФ). Василий Московец, которого могут коснуться репрессии, стал одним из лидеров движения в 2014 году, когда обнаружил, что его дачный участок в пригороде Челябинска попадает в зону поражения комбината. Московец замечает, что попытки остановить «Стоп ГОК», надавив на его лидеров, — обречены: «Движение децентрализовано и соткано из множества маленьких групп. Никто не знает, какой путь приведет к победе». Воедино движение собирается только на митингах и в судах. Сейчас график особенно плотный — по несколько заседаний в неделю. Движение прирастает новыми участниками — с экологией в Челябинске становится все хуже. Топ